Тел.: +7 (495) 708-32-81, (499) 245-02-13  •  E-mail: reclama@tpnews.ru

Цифровая валюта центральных банков: опыт реализации. Я. В. ДОЛГОВ, аспирант Тверского государственного университета

A A= A+ 21.06.2021

Статья посвящена различным аспектам создания и внедрения цифровых валют центральными банками.
Анализируются различные модели использования цифровых валют, выделены две основные модели.

С момента создания первой криптовалюты отношение центральных банков мира к такому явлению, как цифровые деньги, за несколько лет прошло путь от неприятия до проработки проектов национальной цифровой валюты (central bank digital currency, CBDC). Есть основания полагать, что государственные регуляторы главное внимание будут уделять проблеме регулирования криптовалют и недопущению их использования в криминальных целях и для отмывания преступных доходов [1]. CBDC – это электронное обязательство монетарного регулятора, номинированное в национальной счетной единице и служащее средством платежа, меры и сохранения стоимости [2]. Как считает А. Н. Сухарев, центральные банки способны создать деньги лучшие, чем детерминационный алгоритм, построенный на принципе жесткого денежного якоря [3].
Уоррен Е. Вебер провел исследование, в котором исходил из гипотезы замены современных денег, выпускаемых центральными банками, на биткоины. Биткоины в этом случае должны были бы стать мировыми деньгами и использоваться так же, как внутреннее средство платежа [цит. по 4]. Гипотеза Вебера эволюционировала, и центральные банки решили выпускать собственные цифровые валюты.
Если в 2017 г. интерес к изучению потенциала цифровых денег в той или иной степени проявляли два из трех центральных банков, опрошенных Банком международных расчетов (Bank for International Settlements, BIS), то к началу 2020 г. в работу над CBDC – от изучения вопроса до реализации пилотного проекта – были вовлечены 80%, или четыре из каждых пяти центральных банков в странах, на совокупную долю которых приходится три четверти мирового населения и 90% глобальной экономики [5].
К середине 2020 г. как минимум шесть стран проводили эксперименты с цифровой национальной валютой, в том числе Багамские острова, Китай, Южная Корея, Швеция, начавшие эту работу одними из первых. В начале октября о возможном выпуске национальной цифровой валюты и старте экспериментов с цифровым евро объявил Европейский центральный банк [6], эмитент второй по значимости валюты в мире. Возможность выпуска цифровой валюты обсуждает также Банк Англии, ранее опубликовавший дискуссионный доклад о своих исследованиях CBDC [7]. ФРС США изучает технологии, позволяющие выпускать цифровой вариант наличных, сообщала в августе член совета управляющих Федрезерва Лаэль Брейнард; над этим работают несколько федеральных резервных банков совместно с экспертным и научным сообществом [8]. Центральный банк Российской Федерации 13 октября 2020 г. представил доклад о возможностях и перспективах выпуска цифрового рубля для консультаций с экспертами и общественностью.
В чем необходимость CBDC? Рассмотрим потенциальные преимущества этого вида валюты:

■ CBDC призвана повысить стабильность и конкуренцию в финансовой сфере на фоне соперничества банков с технологическими компаниями и криптовалютами;
■ CBDC позволяет повысить финансовую эксклюзивность, поскольку предлагает платежную инфраструктуру с меньшими затратами на переводы. Кроме того, центральным банкам проще работать в цифровой экономике;
■ CBDC расширит инструменты фискальной политики, доступные регуляторам. За счет программируемости и прозрачности CBDC регуляторам будет легче контролировать денежно-кредитную сферу. Более прозрачные данные о платежных потоках повысят качество макроэкономической статистики;
■ CBDC стимулирует использование местной валюты для оплаты товаров и услуг;
■ коммерческая версия CBDC (только для банков) позволит снизить расчетные риски, обеспечить круглосуточный доступ к ликвидности для банков и сократить издержки при трансграничных переводах. Мотивация исследований и разработок в сфере CBDC варьируется в зависимости от юрисдикции.
В развитых экономиках центральные банки рассматривают цифровую валюту как средство повышения безопасности и эффективности внутренних платежей, инструмент достижения финансовой стабильности. Для центральных банков развивающихся экономик важным фактором является достижение финансовой эксклюзивности.
Центральные банки разрабатывают и обсуждают модели реализации CBDC: одни регуляторы пока находятся на стадии обсуждения концепций, а другие, например, Национальный банк Китая, – перешли к стадии тестирования собственной CBDC. Рассмотрим, как самые передовые в этом вопросе страны подходят к реализации CBDC.


Для CBDC изучаются различные модели реализации, их можно разделить на две основные группы:
■ одноуровневые,
■ двухуровневые.


В одноуровневом варианте граждане и организации могут открывать электронные кошельки для расчетов в цифровой национальной валюте непосредственно в центральном банке, который будет осуществлять расчетно-кассовое обслуживание
клиентов напрямую, без участия коммерческих банков. Положительные последствия применения этого варианта – снижение зависимости пользователей от инфраструктуры посредников. Отрицательные заключаются в очень высокой операционной нагрузке на ядро платежной системы, а также необходимости централизации функций KYC (know your client) и ПОД/ФТ (противодействие легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма).

При этом двухуровневый вариант имеет несколько вариантов развития в зависимости от того, как банки и финансовые посредники представляют себе детали расчетных операций, проводимых их клиентами с помощью цифровой валюты; механизмы контроля за целостностью платежной инфраструктуры цифровой валюты, в которой банки и посредники в этом случае играют более значительную роль; вопросы информационной безопасности.
Важно подчеркнуть, что и в двухуровневой конфигурации все электронные кошельки открываются на платформе центрального банка, а операции проводятся в его платежной системе. И это принципиальное отличие от существующих систем безналичных расчетов, в которых деньги, являющиеся обязательствами банков, переводятся банками внутри своих систем.


Опыт Китая


В 2014 г. Национальный банк Китая сформировал специальную исследовательскую группу для изучения целесообразности выпуска цифровых валют [9]. Блокчейн был включен в национальный план развития технологий: важность технологии оценили наряду с искусственным интеллектом, 5G, облачными технологиями и интернетом вещей. Блокчейн должен стать одной из частей технологической инфраструктуры страны. Итоговая цель – внедрить технологию распределенного реестра во все возмож-ные сферы жизни.
Китай значительно опережает другие страны в запуске цифровых валют. У цифрового юаня (Digital Currency Electronic Payment, DCEP) классическая двухуровневая система выпуска и распределения: центральный банк выпускает DCEP для банков или других финансовых учреждений, а затем они дополнительно распространяют цифровую валюту среди пользователей. Предполагается, что DCEP повысит эффективность платежной системы и удобство платежей в юанях.
В конце апреля 2020 г. власти запустили тестовое мобильное приложение для DCEP. Монеты хранятся в электронном кошельке, ими можно пользоваться как обычной валютой. Тестировать приложения начали несколько десятков компаний и коммерческих банков в четырех городах. Среди компаний, тестирующих валюту, – заведения общепита, ретейл и сфера развлечений. Кроме местных сетей, к эксперименту подключились также McDonald’s, Starbucks и Subway.
Пока власти не решились на дистрибуцию цифрового юаня в Alipay и WeChat Pay, что сразу сделало бы DCEP самым используемым цифровым активом мира. Ожидается, что во время Олимпийских игр в Пекине зимой 2022 г. тестирование DCEP перейдет на новый этап – вероятно, к нему допустят иностранцев. Это подчеркнет лидерство Китая в финансовом секторе. Если эксперимент окажется удачным, цифровой юань могут запустить в 2022 г. в более широкое обращение [9].


Шведский опыт


Центральный банк Швеции изучил потенциал четырех разных моделей цифровой валюты для местного рынка и опубликовал результаты исследования. Он подготовил экономический обзор, в котором описал четыре модели для представления цифровой версии шведской кроны (e‑krona): централизованную модель e‑krona без посредников, централизованную модель e‑krona с посредниками, децентрализованные решения e‑krona с посредниками и синтетическую e‑krona [10].
Центральный Банк Швеции выяснил, что все модели имеют те или иные преимущества и недостатки, но некоторые лучше удовлетворяют текущим потребностям шведского платежного рынка, чем другие. Централизованная модель электронной кроны без посредников позволит банку взять на себя ответственность за всю цепочку распространения валюты. Эта схема откроет для банка совершенно новую роль, аналогичную той, которую играют крупные розничные банки. Центральный банк Швеции утверждает, что в рамках этой модели у банка появятся существенные расходы на персонал и функции поддержки клиентов. Одновременно с этим Центральный банк станет конкурентом частных платежных сервисов на уровне розничной торговли, что косвенно создаст рыночную монополию [10].
Централизованная модель с посредниками очень напоминает текущую финансовую инфраструктуру Швеции в том смысле, что она основана на партнерстве между Центральным банком и частными поставщиками услуг. В ней Центральный банк Швеции сохраняет свою роль на оптовом уровне платежного рынка. Однако в этом случае банк не играет операционной роли в распределительной цепочке, как в предыдущей модели.
Подобно тому как работает централизованная модель, описанная выше, в децентрализованной среде все посредники, использующие электронную крону, будут иметь прямые договорные отношения с потребителем.
В обзоре говорится, что Центральный банк Швеции должен будет разработать план на случай непредвиденных обстоятельств, если один или несколько посредников перестанут выполнять свои функции. В этом случае банк должен быть в состоянии обеспечить большое число клиентов платежами через e‑krona [10].
Последней моделью, рассмотренной в экономическом обзоре Центрального банка Швеции, была синтетическая электронная крона. В документе объясняется, что помимо предоставления большему числу учреждений доступа к системам валовых расчетов в режиме реального времени (RTGS) модель в основном опирается на новое законодательство, которое потребует от банков создания отдельных счетов.
Эта модель очень похожа на существующую, где роль Центрального банка заключается в том, чтобы выступать в качестве посредника платежной системы, а частный рынок представляет собой вторичный слой, обслуживающий клиентов. Для частного сектора «существующие платежные решения могут продолжать работать так же, как сегодня, без необходимости в дополнительном оборудовании или инвестициях. Что делает синтетическую e‑krona привлекательной, так это ее ограниченный масштаб по сравнению с другими моделями <…> Эта модель не повлечет за собой крупных инвестиций в инфраструктуру, и Центральный банк Швеции может не брать на себя всю ответственность за проверки KYC, ALM и т. д.» [10].
Центральный банк Швеции пришел к выводу, что как централизованная, так и децентрализованная модель с участием посредников, а также централизованная модель электронной кроны без посредников повлекут за собой значительные изменения и потребуют вложения средств. В обзоре отмечается, что синтетическая цифровая версия шведской кроны может оказаться жизнеспособной, но ее нельзя будет классифицировать как государственную цифровую валюту [10].


Практика Багамских островов


Центральный банк Багамских островов первым в мире внедрил цифровую валюту на государственном уровне. Стоимость Sand Dollar привязана к багамскому доллару, который, в свою очередь, привязан к доллару США. Выпуская собственную цифровую валюту, регулятор Багамских островов надеется модернизировать финансовую систему региона и перевести багамский доллар в цифровой вид. Деятельность проекта Sand Dollar подпадает под Инициативу по модернизации платежной системы Багамских островов, и проводимые реформы должны расчистить путь для внедрения CBDC.
Цифровая валюта Центрального банка Багамских островов Sand Dollar стала доступна всем жителям страны. Запуск валюты состоялся 20 октября 2020 г. «Многие жители удаленных островов не имеют доступа к банкам и инфраструктуре цифровых платежей. Нам пришлось подстраивать инициативу под собственные нужды как суверенного государства», – рассказал представитель Центрального банка Чаочжень Чен. Основная цель – расширить доступ к финансовым услугам для жителей архипелага, состоящего из 700 островов, география которых создает серьезные проблемы для безопасного распределения денег.
Sand Dollar использует двухуровневую модель, но с учетом территориальных особенностей государства и банковской инфраструктуры.
Центральный банк отвечает за выпуск Sand Dollar, мониторинг холдингов, спонсирование инфраструктуры KYC и ведение реестра всей криптовалюты, находящейся в обращении. В число финансовых учреждений, работающих с Sand Dollar, вошли один коммерческий банк, три поставщика платежных услуг и четыре системы денежных переводов. Центральный банк планирует выпускать Sand Dollar по мере спроса, при этом выпуск цифровой валюты будет сопровождаться изъятием из обращения аналогичного количества бумажных денег. Это позволит внедрить цифровую валюту без влияния на монетарную политику [11].
Тем временем регулятор усиленно прорабатывает технологическую инфраструктуру проекта, а также вопросы, связанные с регулированием и кибербезопасностью.


Цифровая валюта в России


Центральный банк России в документе «Доклад для общественных консультаций» рассматривает 4 модели реализации CBDC:
■ осуществление ПОД/ФТ/ФРОМУ по операциям с цифровой валютой Банка России;
■ открытие кошельков клиентам;
■ проведение платежей и расчетов по кошелькам клиентов;
■ доступ к кошельку клиента из другого банка / финансового посредника [12].
Данные модели можно также поделить на одноуровневые и двухуровневые.
Изучая модели, Банк России для дальнейшей проработки ориентируется на варианты розничных моделей (2, 3, 4). Они предполагают возможность развития клиентских сервисов, которые смогут в большей мере отвечать запросам потребителей на удобное и быстрое обслуживание [12].
Для России более предпочтительным выглядит двухуровневой вариант (модели 3, 4), так как он лучше подходит для действующей в Российский Федерации модели банковской системы, состоящей из центрального банка и коммерческих банков. Рассмотрим более подробно такую схему реализации:
■ банк или финансовый посредник инициирует открытие своего электронного кошелька и покупку CBDC;
■ центральный банк открывает электронный кошелек и пополняет его цифровой валютой, списав соответствующую сумму с корреспондентского счета банка или финансового посредника;
■ клиент (физическое или юридическое лицо) направляет в банк или финансовому посреднику поручение об открытии электронного кошелька и покупке CBDC;
■ банк или финансовый посредник открывает клиенту электронный кошелек (на платформе CBDC), переводит цифровую валюту со своего электронного кошелька на электронный кошелек клиента, списывает соответствующую сумму со счета клиента и уведомляет его об открытии и пополнении электронного кошелька;
■ клиент направляет в банк или финансовому посреднику поручение о переводе CBDC другому лицу (второму клиенту);
■ банк или финансовый посредник переводит CBDC с электронного кошелька первого клиента на электронный кошелек второго клиента;
■ банк или финансовый посредник второго клиента зачисляет CBDC на его электронный кошелек и уведомляет об этом данное лицо.
Для реализации цифрового рубля в двухуровневом варианте Банк России выпускает цифровую валюту, а коммерческие банки распространяют ее среди клиентов и осуществляют их обслуживание. Такой вариант в большей мере позволит банкам и другим финансовым посредникам встраивать операции с цифровой валютой в свои сервисы, разрабатывать и внедрять конкурентные продукты на основе цифровой валюты.


ЗАКЛЮЧЕНИЕ


В настоящее время не существует единой концепции реализации цифровой валюты. Возможно использование базовых моделей (одноуровневой, двухуровневой), но при этом любую модель требуется дорабатывать с учетом особенностей банковской и технической инфраструктуры каждой отдельной страны.
При выборе модели реализации цифровой валюты необходимо исходить из того, что цифровая валюта должна пользоваться спросом (а для этого нужно, чтобы она учитывала потребности пользователей в быстрых, удобных и надежных платежах) и не создавать новые риски в работе денежной системы, а наоборот, снижать их.
Для граждан, независимо от выбранной модели реализации, операции с цифровой валютой будут аналогичны использованию электронных кошельков: через специальное онлайн-приложение и мобильные банки пользователи смогут пополнять свои средства в цифровой валюте, переводить деньги другим людям или осуществлять платежи компаниям и государству. Необходимо, чтобы цифровую валюту можно было конвертировать обратно в наличные или безналичные деньги на счета в банках.

Два ключевых момента, на которых следует обратить внимание при внедрении цифровой валюты: оценка влияния новой формы денег на финансовую систему, в том числе на перераспределение ликвидности между наличными, безналичными и цифровыми деньгами (банки опасаются массового оттока средств клиентов со счетов и потери ликвидности); разработка технологий, которые позволят выпускать цифровые валюты с заявленной функциональностью. Нельзя исключать того, что на
первоначальном этапе внедрения цифровой валюты будет сложно прогнозировать интенсивность и масштабы перемещения средств из одной формы денег в другую, и банки действительно могут столкнуться с повышением волатильности остатков на счетах клиентов и изменениями в структуре балансов. Для поддержания финансовой стабильности в таких условиях регулятору необходимо обеспечить доступ к своим операциям рефинансирования в необходимом объеме. Внедрение цифровой валюты следует проводить постепенно, чтобы банковская система имела возможность адаптироваться.
Поскольку введение CBDC станет действительно новым этапом в развитии финансовых систем, России, как и другим государствам, предстоит проделать большую работу для создания необходимых технических решений, позволяющих обеспечить в том числе надлежащий уровень информационной безопасности и киберустойчивости соответствующей системы.
Создание цифровой валюты влечет за собой определенные риски, она может оказаться невостребованным «нишевым продуктом», доступным ограниченному кругу граждан, так как для использования такой валюты требуются определенные знания и технические возможности. Цифровая валюта может обернуться неразумной тратой ресурсов, если ее целевая аудитория и так удовлетворена предложениями на финансовом рынке.
Кроме того, пользование цифровой валютой может оказаться слишком сложным для отдельных групп населения (например, для людей старшего возраста).
Введение цифровой валюты может привести к потере центральными банками роли независимых участников финансового рынка. Став эмитентом цифровой валюты, центральный банк рискует начать конкурировать с рыночными предложениями финансовых услуг, а в отдельных случаях новая форма валюты может оказать ненужное давление на коммерческих игроков или вовсе быть невостребованной.
При реализации цифровой валюты создается операционный риск для потребителей, финансовой и банковской системы, государства. Необходимо постоянное технологическое обновление, а также затраты на совершенствование системы и предотвращение нарушения ее целостности. Все цифровые валюты создаются на основе технологии распределенного реестра, которая имеет множество достоинств, но в то же время не идеальна, что нужно учитывать. Например, возможны системные сбои. Так, «6 августа 2010 г. была обнаружена серьезная уязвимость в протоколе биткоина: трансакции не проходили надлежащую проверку перед добавлением в блокчейн, что позволяло обойти экономические ограничения протокола и создать неограниченное количество биткоинов» [13].


Список литературы
1. Долгов Я. В. Криптовалюта: социально-экономические аспекты // Банковское дело. 2021. № 3. С. 43–46.
2. Central bank digital currencies. Committee on Payments and Market Infrastructures // BIS. March, 2018.
3. Сухарев А. Н. Криптовалюты: взгляд со стороны денежной теории // Банковское дело. 2020. № 2. С. 48–52.
4. Сухарев А. Н. Криптовалюта как мировые деньги: оценка перспектив // Банковское дело. 2020. № 3.С. 38–42.
5. Bank for International Settlements [Электронный ресурс] // URL: https://www.bis.org (дата обращения 08.01.2021).
6. ECB [Электронный ресурс] // URL: https://www.ECB intensifies its work on a digital euro (europa.eu) (дата обращения 16.02.2021).
7. Central Bank Digital Currency [Электронный ресурс] // URL: https://www. Central Bank Digital Currency: opportunities, challenges and design | Bank of England (дата обращения 10.02.2021).
8. Federal Reserve Board [Электронный ресурс] // URL: https://www.federalr eserve.gov/econres/notes/fedsnotes/comparing-means-of-payment-what-role-for-a-central-bank-digital-currency-20200813.htm (дата обращения 12.02.2021).
9. Bitcoin.com [Электронный ресурс] // URL: https://news.bitcoin.com/73-of-argentines-cryptocurrency-bestsaving-economic-crisis (дата обращения 12.02.2021).
10. Sveriges Riksbank. Riksbankens e‑kronaprojekt. Rapport 1 // September, 2017. P. 10–15.
11. Central Bank of the Bahamas. Annual Report & Statement of Accounts for the Year Ended // December 31,2019. 7 p.
12. Цифровой рубль : доклад для общественных консультаций // М. : ЦБ РФ, 2020. C. 28–32.
13. Bitnovosti.com [Электронный ресурс] // URL: https://bitnovosti.com/2015/04/24/history-of-cryptocurrenc


Наши проекты