Тел.: +7 (495) 708-32-81, (499) 245-02-13  •  E-mail: reclama@tpnews.ru

Владимир Андреевич ГАМЗА Саморегулирование – оптимальный вариант регулирования лизинга с точки зрения соблюдения интересов государства и бизнеса

A A= A+ 04.04.2019

  О перспективах развития и оптимальной форме регулирования лизинга журнал «Банковское дело» побеседовал с председателем Совета ТПП РФ по финансово-промышленной и инвестиционной политике, партнером инвестиционно-консалтинговых компаний «ЮФК», «ФальконФинанс», «Аудит Груп», кандидатом экономических наук, кандидатом юридических наук В. А. Гамзой.

О роли лизинга в экономике
Б. Д.: Владимир Андреевич, в руководимом вами комитете есть подкомитет по лизингу. Интересная и, с моей точки зрения, не до конца оцененная сфера деятельности. К нам в редакцию только что поступила статья Е. В. Травкиной из Финансового университета, в которой автор утверждает, что в 2008 г. объем лизинговых платежей превысил объем финансирования нового бизнеса в России.
В. Г.: В 2008 г. был экономический кризис, а лизинг всегда растет в условиях кризиса.
Б. Д.: Это обстоятельство лишний раз подтверждает, что лизинг – очень эффективный финансовый инструмент и интерес государства к этому сектору экономики не случаен. Как вы считаете, новый закон о лизинге необходим или всетаки можно ограничиться внесением изменений в Федеральный закон от 29.10.1998 № 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)»?
В. Г.: Поскольку я не участвую в лизинговом бизнесе, мое мнение будет нейтральным. Я могу рассуждать как с точки зрения интересов государства, так и с точки зрения интересов бизнеса. Очевидно, что пришло время для саморегулирования лизинговой отрасли, которая развивается быстрыми темпами и стала важным сегментом экономики. Лизинг – оченьважный инструмент для решения задачи импортозамещения, обеспечения высоких темпов развития российской промышленности, предусмотренных указами президента по национальным проектам. Без лизинга не обойтись, поскольку накопленного компаниями капитала для покупки нового оборудования, конечно, недостаточно.
Б. Д.: Лизинг тем более важен для экономики, что проектное финансирование пока быстро не развивается.
В. Г.: Да, пока проектное финансирование медленно входит в экономическую жизнь, хотя сейчас ВЭБ хочет показать, как надо реализовывать классическое проектное финансирование. Я на самом деле думаю, что у ВЭБа все получится, но это как маленький островок. Поэтому совершенно очевидно, что лизинговая отрасль будет продолжать занимать все больше и больше места как реальный сектор экономики, тем более что кризисные явления в экономике до конца не преодолены. Выход из кризиса не может быть успешным без применения лизинговых инструментов. Поэтому главная задача государства в этой ситуации – не мешать развитию лизинга, а наоборот, создавать комфортные условия для его развития.

Пришло время для саморегулирования лизинговой отрасли, 

которая развивается быстрыми темпами и стала важным сегментом экономики.

Регулирование лизинговой отрасли:каким ему быть?
Б. Д.: Сейчас в бизнес-сообществе активно обсуждается вопрос регулирования лизинговой отрасли. Как правильно подойти к созданию механизмов регулирования в этом секторе экономики? Что нам говорит международный опыт?
В. Г.: Я прекрасно понимаю государство, которое стремится к тому, чтобы все отрасли экономики были прозрачными и хорошо регулируемыми. И это нормально. Государство не может планировать эффективно свою деятельность, формировать стратегию развития экономики, не понимая полностью, что в ней происходит. Поэтому с этой точки зрения интересы государства совершенно понятны и его действия оправданны. Но в развитых рыночных странах есть непременное жесткое правило, которое они соблюдают и которое позволяет им быть успешными: регулирование не должно создавать проблемы для бизнеса. Никогда, например, в США не будет принят закон, который приведет к ухудшению конкурентоспособности той или иной отрасли национального бизнеса. Так устроены современные эффективные государства с рыночной экономикой. Такой принцип законотворческой деятельности Россия должна взять на вооружение. Ведь регулирование – не самоцель.
Законопроект о лизинге, принятие которого Федеральным собранием Банк России продавливает по меньшей мере последние два года, преследует одну цель: ввести регулирование. При таком подходе регулятора неизбежно возникает вопрос: а что будет с отраслью?
Почему регулирование в развитых рыночных странах эффективное? Потому что исторически оно начинало формироваться с саморегулирования, когда сами предприятия, мастерские, заводы осознавали, что они должны договориться об общих правилах поведения, быть понятными и прозрачными друг для друга. Так снизу возникало саморегулирование. Я думаю, пора и нашим регуляторам понять, что надо начинать с саморегулирования. Давайте попробуем с саморегулирования, потом будем вносить изменения в этот механизм, если он будет неэффективным. И в этой связи возникает вопрос: какой уполномоченный орган будет координировать процесс формирования этого саморегулирования в лизинговой отрасли? Я глубоко сомневаюсь, что это должен быть Банк России, поскольку лизинг не является чисто финансовой деятельностью.
Б. Д.: Полностью с вами солидарен. Лизинг 25 лет в России спокойно развивается. За это время никакие громкие скандалы с криминальным оттенком его не коснулись. Была государственная поддержка сектору. И вот прозвучало слово «регулирование». Наш пока еще небольшой опыт показывает, что регулирование чаще всего приводит к ограничению конкуренции из-за введения разного рода ограничений, например, величины капитала. Это можно наблюдать в различных секторах экономики, в том числе банковском или туристическом. Тем более что, с моей точки зрения, на очень многие вопросы, которые есть к Банку России, ответов нет. Поэтому у меня тоже возникают боль-шие сомнения, а надо ли передавать регулирование лизингового сектора Центробанку.
В. Г.: По моему мнению, не надо. Могут быть два подхода к регулированию. При первом подходе регулирование центральными банками или мегарегуляторами финансовой сферы, финансовых рынков базируется на следующем правиле: если финансовый институт собирает деньги, не объясняя вкладчикам своих целей, то дальше вложение этих денег в какие-либо активы должно очень жестко регулироваться уполномоченным государством органом. Такая практика оправданна, особенно в тех случаях, когда вкладчиками являются неквалифицированные инвесторы. Второй подход применяется, если при приеме денег от вкладчиков финансовый институт договаривается с ними, куда будут инвестированы средства. В этом случае нет необходимости регулировать вложения, потому что этот вопрос уже решили между собой вкладчики, инвесторы и финансовый институт, но центральный банк регулирует на входе правильность получения этих денег, заключение соглашений и т. д., то есть правильность отношений на входе, когда есть неквалифицированные инвесторы.

В развитых рыночных странах есть непременное жесткое правило,
которое они соблюдают и которое позволяет им быть успешными:
регулирование не должно создавать проблемы для бизнеса.

К лизингу невозможно применить ни тот, ни другой вариант регулирования, потому что на входе всегда присутствуют редства квалифицированных инвесторов, а не населения. В России в лизинге в подавляющем большинстве случаев задействованы средства кредитных организаций. Разве есть необходимость в том, чтобы специально регулировать взаимоотношения кредитной организации с лизинговой компанией?
Теперь посмотрите, что происходит на выходе при лизинге. На выходе лизинговая компания взаимодействует со сверхквалифицированным потребителем инвестиций в виде производственной компании, которая никогда не возьмет в аренду у лизинговой компании ненужное оборудование или имущество по непонятной цене. Таким образом, при лизинге навходе и на выходе – квалифицированные отношения. Что в этом случае регулировать? При этом я абсолютно согласен, что для государства сектор лизинговой деятельности должен быть прозрачен, в этом нет никаких сомнений. Но при чем здесь Банк России? Да еще ЦБ РФ предлагает, чтобы лизинговые компании, которые подпадают под регулирование последнего проекта закона, были переведены в формат некредитных финансовых организаций. Зачем?
Б. Д.: В настоящее время на рынке лизинга активно работают Сбербанк, ВЭБ и некоторые другие крупные государственные структуры. Подавляющая часть лизинговых сделок приходится на крупнейшие лизинговые компании, созданные либо непосредственно государством, либо государственными корпорациями и государственными банками. Возникает вопрос: государство само себе не доверяет? Не приведет ли принятие этого нового закона к недобросовестной конкуренции и в конечном итоге к концентрации лизинговой деятельности в 10–15 компаниях?
В. Г.: Перекрестный контроль ЦБ РФ через банки и другие государственные структуры позволит регулятору контролировать квазигосударственные лизинговые компании. Это приведет к тому, что многие лизинговые компании вместо того, чтобы сделаться открытыми, станут непрозрачными для государства, потому что они будут заниматься квазилизингом (фактически это будет лизинг, а на бумаге он будет оформляться как, например, обычные арендные отношения).

Наш пока еще небольшой опыт показывает,

что регулирование чаще всего приводит к ограничению конкуренции
из-за введения разного рода ограничений,
например, величины капитала.

Б. Д. А если не Банк России, то какой орган, с вашей точки зрения, может быть регулятором в сфере лизинга?
В. Г.: Сейчас в лизинговой отрасли появилось разумное предложение (которое поддерживается многими лизинговыми компаниями), что целесообразно было бы регулирование передать в Минпромторг. Я думаю, это наиболее удачный вариант,
потому что лизинг, в подавляющем большинстве случаев, относится к сфере промышленности. Если рассмотреть структуру лизинга, то можно увидеть, что большинство лизинговых сделок связаны с продукцией промышленного производства. Поэтому мне кажется, что ведение государственного регулирования очень правильно было бы поручить именно Минпромторгу. Я совершенно согласен с этими предложениями, которые сейчас обсуждаются в лизинговой отрасли.
Б. Д.: А какой может быть роль саморегулируемых организаций?
В.:Г.: Я сторонник саморегулирования лизинговой деятельности. Мировой опыт показывает, что саморегулирование – оптимальный вариант регулирования лизинга с точки зрения соблюдения интересов государства и бизнеса.

 


Помощь
Наши проекты